?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Король и мальчик

   Геннадий Евграфов

Король и мальчик

Драматург Евгений Шварц жил при драконе и боролся с ним


Диагноз Евгения Шварца – убить «дракона» можно, только убив «дракона» в себе, а король всегда голый.

«Кто поставил эту пьесу?»

В 1959 году главный режиссер театра «Современник» Олег Ефремов

Фото из книги Евгения Шварца «Живу беспокойно»


предложил режиссеру Маргарите Микаэлян поставить какую-нибудь веселую «сказочку». Ей захотелось поставить «сказочку» Евгения Шварца, которую никогда и никто не ставил на советской сцене. Друг Шварца, театровед Дрейден посоветовал «Голого короля», написанную в далеком 1934-м и изданную только в 1960-м (в год премьеры в «Современнике»). Молодой Шварц написал ее по мотивам трех сказок Андерсена («Новое платье короля», «Свинопас» и «Принцесса на горошине»), творчество которого любил и к которому обращался не один раз в своей жизни.

Сюжет шварцевской «сказочки» был прост, как дважды два: в некотором королевстве принцесса влюбляется в свинопаса Генриха, отец в ужасе, запрещает ей и думать о нем и выдает замуж за короля в соседнем королевстве. Генрих и его друг прикидываются ткачами и шьют свадебный наряд для жениха. Но платье, сшитое «ткачами вовсе и не платье, а ничто, хотя силой убеждения они заставляют всех поверить, что это ничто и есть самый наилучший наряд для короля. Пелена с глаз спадает, когда мальчик с незамутненным и необолваненным разумом замечает: «А король-то голый!»

Взяв у великого датского сказочника сюжетные линии, Шварц свел их в одну, но наполнил пьесу таким философским подтекстом – написал пьесу о природе тоталитарной власти, что «сказочка» обернулась не «сказочкой», а жесткой реальностью, для советской сцены того времени абсолютно неприемлемой.

Можно ли было себе представить, чтобы в «колыбели революции» Ленинграде под сводами театра один из героев «сказочки», охваченный паникой Первый министр, в финале пьесы возопил: «Это ужасно! Это ужасно!   Вся наша национальная система, все традиции держатся на непоколебимых дураках. Что будет, если они дрогнут при виде нагого государя? Поколеблются устои, затрещат стены, дым пойдет над государством!»

Вам это ничего не напоминает?

Вот и Главреперткому (Главный комитет по контролю за репертуаром при Народном комиссариате по просвещению РСФСР. – Г.Е.) напомнило, в какой стране он стоит на страже «устоев», и поэтому комитет ставить «сказочку» молодого драматурга режиссеру Николаю Акимову запретил.

Но в оттепельные времена Министерству культуры уже нельзя было вот так просто взять и запретить спектакль, но оно могло лишить театр сцены («Современник» обрел свое здание на Триумфальной площади только в 1961 году и был вынужден скитаться по разным площадкам) – «Голый король» шел в помещении гостиницы «Советская» (бывают же такие странные сближения!), на руководство надавили – и гостиница договор с театром расторгла. А после премьеры на гастролях в Ленинграде – с конной милицией, возбужденной толпой и выломанными дверями – худсовет «Современника» вызвали на ковер к министру советской культуры Михайлову. Министр, бывший рабочий завода «Серп и молот» с незаконченным высшим образованием, трясясь от страха, в ярости кричал на артистов и топал ногами, рубя «серпом» и размахивая «молотом»: «Кто поставил эту пьесу? Кто разрешил?! Кто вы такие?!!» (На месте Михайлова мог быть любой другой чиновник – Петров, Иванов, Сидоров, выросший из сталинской системы. Кстати, вскоре после этого разноса он был назначен послом в Индонезию, а в его кресло села Фурцева.)

Спектакль все-таки, несмотря на гнев тогдашнего малообразованного министра культуры, все-таки запрещен не был.

Остается добавить, что короля с блеском играл Евгений Евстигнеев. Но играл он не просто короля, а главу государства, этакого середнячка, выходца из народа, волею судьбы вознесенного на вершины власти. Театровед Майя Туровская писала: «Очень трудно играть ничто, от которого зависит все». Режиссер Маргарита Микаэлян продолжила: «Евстигнеев играл вот такое «ничто», каждое слово и даже каприз которого становились законом».

«Пишу все, кроме доносов»

Как драматург Шварц родился в 1929 году, когда Ленинградский ТЮЗ поставил его первую пьесу «Ундервуд». А в молодости, как вспоминал его друг, писатель Леонид Пантелеев, «Евгений Львович писал буквально все, о чем его просили, – и обозрения для Аркадия Райкина, и подписи под журнальными картинками, и куплеты, и стихи, и статьи, и цирковые репризы, и балетные либретто, и так называемые внутренние рецензии: «Пишу все, кроме доносов», – говорил он».

Статья полностью

http://www.ng.ru/ng_exlibris/2018-04-05/12_929_king.html


Независимая газета — Ex Libris – 2018 — 5 апреля




Profile

nekrasov1979
Улыбка Чеширского Кота

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow